Шалаш
—!.Простейшее лёгкое укрытие, представляет собой сооружение, изготовленное по технологиям плетения из жердей и палок, покрытых ветками, дёрном, травой и т. п., защищающее от ветра, зноя, холода и осадков.
Являлся, вероятно, первым примитивным убежищем, защищавшим человека от непогоды.
2. Вре́менная постройка; легкая, обычно дощатая, постройка для различных надобностей (для торговли, жилья, склада и т. п
...Многие народы, кроме более обустроенных и больших жилищ, во многих случаях использовали шалаши. Так у эвенков, кроме конусного чума дю, имеется куполообразный шалаш марма, устанавливаемый для ночёвки в дороге; отог — из травы и корья; утэн или утэн калтака̄н — из жердей. Для постройки простейшего шалаша не требуется инструментов и специальных материалов. Каркас из палок и веток, воткнутый в землю или прислонённый к дереву, камню, колу сверху покрывается тем, что есть под рукой: травой, опавшей листвой, сеном, соломой, ветками с листвой, срезанным дёрном, корой, шкурами животных, снегом, обломками льда, а в современных условиях — полиэтиленовой плёнкой, брезентом, тканью. Крыша, в большинстве случаев, устраивается покатой, одновременно являясь и стеной сооружения.
Шалаши бывают круглые (конусные или куполлобразные), прямоугольные и квадратные (двускатные, четырёхскатные). Для зимнего времени наиболее пригодны конусные с горловиной, так как в них можно разводить костры, и они обеспечивают равный обогрев большому количеству людей, расположенных вокруг костра или печи-времянки. Шалаши лучше, чем заслоны и навесы, защищают от непогоды, дают больше удобств для отдыха и возводятся на стоянках длительностью около суток и более.
...Но и в тайге нам не удаётся найти убежище. Мы переходим от дерева к дереву, забираемся в чащу, но даже сквозь густую крону старых елей, как сквозь решето, льёт дождь. Уже темнеет…
— Давай кончать напрасно ходить, надо балаган делай, а то пропадаем, — слышится голос Улукиткана.
Предложение старика вначале кажется неосуществимым: мы до того промокли и замёрзли, что руки не держат топора. Но сознание опасности мобилизует остатки наших сил.
— Балаган так балаган! — кричу я, и мы сворачиваем вправо, к тёмной стене леса.
Поздний стук топоров будит тягостную тишину дождливой ночи. Одни рубят рогульки, жерди, другие таскают стланик, сдирают кору с толстых лиственниц. Работа идёт страшно медленно, — кажется, и топоры затупились, Я поражаюсь терпению и удивительной стойкости моих спутников. Их не узнать — согнулись, как-то сжались: озноб пронизывает насквозь.
Улукиткан остаётся сторожить огонь, а мы берёмся за устройство балагана. Дружно стучат топоры, к отогретым рукам вернулась ловкость. А дождь не унимается, льёт и льёт.
Наконец-то укладываем последний ряд стланиковых веток — и балаган готов. Тайга вдруг посветлела, в поредевшем мраке прорезались стволы лиственниц, в лесу стало просторнее…
… У мостика появился дедушка Гордей с топором в руках.
— Дедушка! — крикнул Витя. — Мы уже всё продумали: шалаш сделаем двускатный. Верёвками пользоваться не будем. Колья свяжем прутьями; стол сделаем без гвоздей, на колышках; для чая посуда должна быть из берёзовой коры; звериную печёнку — есть сырой…
На две рогулины, вбитые в землю, положили жердь. К ней с двух сторон уложили полого палки; ту сторону, что прилегала к кустарнику, тоже закрыли палками, а их вершины привязали к рогулине тальниковым прутом. Дедушка накосил травы для крыши, а чтобы она не сыпалась, ребята, поверх палок, наложили веток и досок от старых ульев.
— Шалаш настоящий, тут уж ничего не скажешь, — говорил дедушка Гордей.
Шалаш был двускатный, просторный, покрыт зелёной травою.
— Дедушка, полезайте сюда, хорошо как! И лес видно, и ручей! — приглашал старика Дима.
Дедушка Гордей бросил в шалаш охапку травы для постели и залез сам.
— Не плохо… — согласился он. — Теперь вы настоящие путешественники…