Бара́н снежный (чубук, толсторог, круторог)
(от лат. «баран, обитающий в снегу») —вид парнокопытных из рода баранов. Распространён в Восточной Сибири. В Амурской области, Саха (Якутия), Магаданской области обитает редкий подвид снежного барана-баран Аллена, занесенный в Красные книги вышеперечисленных территорий.
Значительно мощнее домашнего барана, вес самца до 140кг.
Основная популяция обитает в Амурской области в районе Станового хребта с высотами около 2 000 м. У этого подвида имеется много географических вариантов цвета и раскраски, но вообще летняя окраска светлая, желтовато-серая, а зимой она меняется на седоватую или серовато-коричневую. Передняя часть шеи, плечевая часть и ноги, спинная полоса и хвост коричневые. Околохвостовое зеркало, живот и задние стороны ног беловатые. Характерной особенностью окраски барана Аллена – светлое пятно на голове между рогами.
Несмотря на удаленность от цивилизации, главную угрозу для снежного барана представляют не естественные враги (волк, росомаха, медведь), а браконьеры-любители трофейной охоты. Их основная цель – взрослые самцы с большими рогами.
Рога у самцов тяжёлые и массивные, закрученные в крутую спираль. Обычно длина рога у взрослого самца составляет 75-80 см, у отдельных особей – до 110 см.
Вожаки, от которых во многом зависит выживание стада, становятся жертвами охоты ради трофея. Из-за отстрелов снижается не только доля взрослых самцов в популяции, но и сеголетков - особей, родившихся менее года назад. Нарушается соотношение взрослых самцов, самок, молодняка.
Для охраны мест обитания барана Аллена в 2019 году был создан «Токинско-Становой» национальный парк площадью 253 тыс. гектаров. Расположен в Ам. об., в Зейском р-не Границы парка и наиболее уязвимые места на хребте находятся под охраной инспекторов, случаев браконьерской охоты в последнее время не отмечается. Необходимо создать аналогичную специализированную особо охраняемую природную территорию на хребте Джугдыр. Нажми на зту ссылку Токинско-Становой национальный парк
Некоторые авторы не выделяют снежного барана в отдельный вид, а относят его к толсторогам в качестве подвида.
Источники информации: «Амурская область. Опыт энциклопедического словаря». Благовещенск, Хабар..кн. изд. Амурское отд., 1989 г. Редактор-составитель Н.К. Шульман.
Зейский заповедник, г.Зея, Амурская область.
… Восточная часть Станового хребта плотно заселена снежными баранами. Эти животные удивительно приспособлены к невероятно трудным природным условиям. Зима здесь длится, как правило, около шести месяцев, из них добрая половина заполнена ветреной погодой с температурой, падающей нередко до минус пятидесяти градусов. Жгучие морозы, глубокие снега и затяжные бураны подвергают всех четвероногих обитателей хребта непрерывным испытаниям. Тяжелее всех приходится снежным баранам, жителям открытой гольцовой зоны гор.
Закружатся над горами осенние метели, обледенеют по скалам тропы, снегом прикроются альпийские лужайки, ягель, трава, и бараны покинут курчавые вершины, излюбленные места летних кочевий. Они спустятся ближе к лесу, в котловины, на второстепенные отроги, где теплее и тише. Тут они и проводят долгую зиму, предпринимая небольшие вылазки на соседние гребни в поисках корма. Зимою пищей им служит кора и молодые побеги кустарников, лишайники да сухая трава, которую они добывают, разгребая копытами снег.
Все холоднее становится в горах, продолжительные бураны иногда надолго приковывают животных к одному месту, и они, сбившись небольшими стадами, подолгу отлеживаются под защитой холодных скал. Даже плотная зимняя шерсть плохо греет голодного барана. Но где найдет он в непогоду корм, – все занесено снегом или затянуто заледеневшей коркой надува, и копытить становится труднее и труднее. Дождавшись относительного затишья, стадо вынуждено перекочевывать на свежее место с более мелким снегом.
Но вот солнце все дольше и дольше задерживается над горами. На южных склонах хребта днем становится теплее, хотя весенние ветры, более губительные для снега, долетают сюда только в начале апреля. Бараны покидают места зимовок, выходят на припеки. Медленно обнажаются россыпи, лбы отрогов, открывая доступные места кормежек. Проносятся последние метели, слабеют заморозки, вот-вот появится зелень, которой ждут с нетерпением снежные бараны, подолгу нежась на весеннем солнце. Они с жадностью набрасываются на корни многолетних растений, уже напитавшиеся соком, готовые скоро выбросить первые ростки…
…Стукнули камни, и сердцу вдруг стало тесно в груди. Холодок пробегает по телу. Стук приближается. Сомнений нет: на меня бегут бараны. Напрягаю зрение, боюсь прозевать, не прошли бы стороною к нижней террасе. Вижу, из дальней лощины вырвались белые комочки и замерли одним пятном на скалистом пригорке, метрах в пятистах от меня. Звери стоят неподвижно, откинув назад головы. Опять слышится стук камней. Бараны бегут гуськом по косогору вкось от меня. Их шесть. Старый круторог заметно выделяется среди молодых одногодков. Он ведет табун осторожно, часто останавливается и, ломая направление, бросается то вверх, то вниз, видимо еще не может определить, с какой стороны опасность. За ним-то я и слежу, за каждым его поворотом, прыжком. Но круторог проявляет изумительную осторожность и будто намеренно обходит меня.
Звери, перемахнув последнюю лощину, выкатились на гребешок и по нему рванулись вниз. Как ловко они скачут короткими прыжками с камня на камень, ставя почти вместе ноги! С какой гордостью старый вожак несет рогатую голову, бросая по сторонам беспокойные взгляды! Теперь табун почти вне опасности. До него метров триста, в бегущего зверя на таком расстоянии мне, конечно, не попасть. Какая досада! Вдруг вперед выскакивает один из молодых баранов, неожиданно сворачивает в мою сторону и увлекает за собой остальных. Вот они уже близко – метров полтораста. Я прицеливаюсь. Старый круторог, будто предчувствуя роковую развязку, упорно прячется от мушки, показывая мне из-за камней то спину, то голову. Бараны уже проходят по освещенному склону, вот-вот нырнут в лощину…
… Спускаюсь ниже. До слуха вдруг доносится стук камней. Кто-то удаляется от нас косогором. Собака вытягивается в струнку, готовая броситься на звук. Вот что-то мелькнуло, из-за крутизны вырывается стадо снежных баранов и на наших глазах уходит влево, к скалам. Я приседаю. Кучум не шевелится, следит, как они прыгают с камня на камень. Затем, оглянувшись, смотрит на меня, как бы спрашивая, почему я не стреляю. А бараны, отбежав метров двести, вдруг остановились и, повернув головы в нашу сторону, замерли.
Их семь. Все рогачи, толстые, длинные, на низких ногах. На фоне серых камней они кажутся почти белыми. Мгновение – и животные пугливо бросаются дальше. До слуха снова долетает стук камней. Через сто метров бараны опять останавливаются, потом бегут дальше и так, небольшими рывками с остановками, они уходят от нас. Добравшись до скал, звери вытягиваются в одну линию, скачут с карниза на карниз, по уступам и, забираясь все выше и выше, исчезают в щелях.
«Вот они, красавцы, обитатели бесплодных гор», – думаю я, еще долго находясь под впечатлением неожиданной встречи. Какая поразительная способность передвигаться по шероховатой поверхности почти отвесных скал! Я смотрю на нависшие серые громады, и не верится, что по ним только что пробежало стадо снежных баранов…